Я бросил пить!

Мы постоянно пытаемся придать нашей работе на сайте характер интерактивный, а, выражаясь по-человечески, очень надеемся на наших читателей – посетителей сайта, что они поделятся своим опытом формирования трезвости. Ведь сколько бы не вещал на эту тему врач, он всё равно не находится на одной волне с пациентом (и слава Богу).

О величайшей ценности общения в среде людей, объединённых в общем стремлении справиться со своим недугом, говорил ещё основатель Анонимных Алкоголиков Билл Уилсон.

А истории нет-нет да присылают, наши пациенты делятся сокровенным, за что мы им говорим спасибо от всей души!

Ниже приведём две истории – мужскую и женскую. Орфографию и пунктуацию авторов сохранять не будем, да и кое-какие детали опустим. Тем не менее, это живые истории, во многом поучительные, далёкие от «книжного» идеала. Надеемся, что это написано успешными людьми, нашедшими свой путь в жизни!
Имена и некоторые подробности будут изменены для сохранения абсолютной анонимности.

Ольга, 26 лет.

Пишу о себе потому, что надеюсь, что мой опыт поможет многим молодым людям, и особенно девушкам в выборе своего пути.

Когда меня впервые привела мама на приём к врачу-наркологу, доктор был крайне удивлён, что столь юное создание – мне было 16 лет – может обратиться с серьёзными проблемами. На маму я глядела, как мегера – и что ей от меня надо? Но после беседы доктор сказал, что должен признать у меня наличие второй стадии алкоголизма. Повторю – в 16 лет! Врач даже сказал, что я чемпионка по раннему возрасту в юниорской сборной по алкоголизму. А ведь у меня уже к тому времени болезнь расцветала буйным цветом: пила я крепкое пиво (бр-р-р – поверьте, это настоящая отрава), пила запоями по несколько дней подряд, ничего не помнила, что со мной происходило во время пьянки… Один раз мама нашла меня спящей в парадной дома, а один раз я заснула на крыше гаражей. В школу ходить перестала, интересов – ноль. В общем, ещё немного – и полная бомжовка в 16 лет.

На лечение мама меня притащила практически силой. Ну, а дальше – лечение – подшивки и кодировки, толку не больно много, в голове ветер гуляет, трезвость толком не держу… Дошло дело до больничной койки. Так продолжалось около 2-х лет. К совершеннолетию я подошла без всякого результата. И тут как-то    в очередной беседе доктор сказал, что ему очень больно, но он может предположить, что жизнь свою я закончу очень печально, что ещё немного и я загублю себя так, что никогда не смогу стать матерью. Сначала я думала обидеться на врача, а потом сказала: «Доктор, считайте, мы всё начинаем с нуля. Я готова бороться за себя!»
Ну, а там опять кодирование, но я уже строго выполняла все назначения, реабилитация (доехала до реабилитационного центра, хожу в группы АА — сейчас уже не так часто, но бываю на собраниях), окончила колледж по очень интересной специальности, поступила на заочное отделение университета. А самое главное – у меня есть семья, скоро должна родиться девочка. Это мне на УЗИ сказали. Вот такая у меня история И с мамой отношения восстановились – скоро ей быть бабушкой.

Виктор, 58 лет.

Я пришёл впервые к наркологу сам, еле живой и, извините, без ботинок, в одних носках. А на дворе был октябрь, лил проливной дождь, шёл я через раскисшее футбольное поле школьного стадиона. Было это давно, уже больше 25 лет назад.

Забегая вперёд, скажу – все эти годы я живу трезво! Правда, доктор меня ругает за одну вещь. Ну, об этом расскажу.

История моя такая. В начале 1980-х я окончил престижный питерский технический ВУЗ и начал работать в оборонке. Карьеру стал делать быстро, работал с удовольствием и интересом. Но в начале перестройки наша «контора» приказала долго жить. Человек я общительный, круг знакомств немалый, вот друзья и предложили мне престижную и денежную работу по тому времени – директором овощного магазина. Появились шальные деньжата, а в душе полная дыра – ну, не моё это – заниматься пересортицей капусты и картошки. Начал выпивать. Крепче и крепче. В общем, в этом же магазине какое-то время подержали на должности грузчика, а потом, извините, придали мне начальное ускорение пинком пониже спины. Поделом, скажу честно. В общем, за помощью я пришёл в самом плачевном состоянии, но с твёрдым желанием не погибнуть! Дома, кстати, тоже всё было плохо – с женой не развелись, но она с дочерью стала жить со мной, как с соседом по коммуналке… Так вот. С того самого памятного для меня 1990 года я не пью! Помогает мне подшивка, которую я делаю, не дожидаясь сроков окончания действия препарата. За это время я не только вернулся в свою профессию, у меня солидная фирма, известная не только в Петербурге, но и по всей России, мы занимаемся серьёзными инженерными разработками. У меня растут внуки. Мы с женой много путешествуем. Я даже сейчас участвую в джиперских ралли-рейдах…

А за что ругает доктор (кстати, доктора я тоже не меняю на протяжении 25 лет, скоро нам обоим уже на пенсию)? Так он считает, что мне давно надо было бы уйти от подшивок, освоить программу трезвости. Ладно, пусть я и не дорабатываю чего-то, но, как говорится, ведь победителей не судят?